Цель статьи - раскрыть философско-антропологические воззрения Владимира Фёдоровича Одоевского (1804-1869), известного русского писателя, часто причисляемого к литераторам «второго ряда» пушкинского поры и Золотого века русской литературы. Но в ретроспективном рассмотрении его оригинального творчества он предстаёт самобытным мыслителем, своеобразно сочетавшим философские, художественные, научные и религиозно-мистические взгляды. Мистические интересы Одоевского, о которых пишут все исследователи творчества этого неординарного русского писателя, заметно выделяются на фоне повсеместного российского увлечения «таинственным» в начале XIX в. С современной точки зрения сущность воззрений русского мыслителя оказывается чрезвычайно созвучной актуальным тенденциям соединения философских, психологических и художественных исследований. Используя метод историко-философской реконструкции в определении значения архаической терминологии Одоевского и основных тем его размышлений, можно легко обнаружить провидческие представления русского мыслителя о сложных взаимодействиях рационального мышления и бессознательного, о важнейшем значении интуиции в научном и художественном творчестве, о неразрешимых противоречиях между рациональным и эмоциональным интеллектом (в современных терминах), о первостепенной важности нравственных установок во всех видах человеческого творчества.
Vladimir F. Odoevsky (1804-1869) is a famous Russian writer, often ranked among the writers of the «second row» of Pushkin’s time and the Golden age of Russian literature. But in retrospect, considering his original work, he appears to be an original thinker with a peculiar combination of philosophical, artistic, scientific and religious-mystical views. Mystical interests of V. F. Odoevsky which all researchers of this extraordinary Russian thinker write about stand out against the background of the widespread Russian fascination with the «mysterious» in the early 19th century. From the modern point of view, the essence of the views of the Russian thinker is extremely in tune with the current trends of combining philosophical, psychological and artistic research. Revealing the meaning of Odoevsky’s archaic terminology and the main themes of his reflections, one can easily discover the Russian thinker’s visionary ideas about the complex interactions of rational thinking and the unconscious, about the importance of intuition in scientific and artistic creativity, about the insoluble contradictions between rational and emotional intelligence (in modern terms), about the paramount importance of moral attitudes in all kinds of human creativity.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.